Вторник, 27.06.2017, 23:58Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта

Календарь новостей

«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

Форма входа

Приветствую Вас Гость!

Поиск

Мини-чат

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 65

Статистика

Божественная игра
Божественная игра.
 

– Всё, увольняюсь! – эмоционально заявил Зевс, заходя в зал и с размаху швыряя трезубец о мозаичный пол.

Мозаика была, кстати, весьма неплоха с точки зрения художественной ценности; она изображала так называемого «сына» вышеобозначенного Зевса – Геракла, во время одного из его подвигов. Помнится, Зевс, узнав, что у него имеется внебрачный сын, тем более такой, рвал на груди волосы, метал молнии и требовал анализа ДНК. Но необразованные древние греки только лупали глазами, а потом падали ниц перед разъярённым громовержцем. Бедняга Зевс ушел несолоно хлебавши, проглотив обиду. Но для себя решил, что никаких родительских алиментов этому жулику Гераклу платить не будет.

Режущиеся в шахматы Тор и Кетцалькоатль не обратили на нервного Зевса ноль внимания, впрочем, как и Анубис, возбуждённо скачущий возле играющих.

– Шах! – довольно объявил Тор, передвигая серебряную фигуру по золотой доске.

– Ничего подобного! – заспорил Кетцалькоатль, наклонился к доске и поскрёб небритый подбородок. Потом нахмурился и уставил свой горящий праведным гневом взор на мгновенно смутившегося Тора. – Где она?.. Где та пешка, которая стояла на вот этой клетке?!

– Какая такая пешка? – фальшиво удивился скандинав и под прикрытием стола пнул Анубиса, уже раскрывшего рот с крайне хитрой мордой. Тот закатил глаза и невинно уставился в потолок, насвистывая «Марсельезу». Кетцалькоатль переводил взгляд с одного бога на другого и обратно.

Зевс немного потоптался в дверях, потом поднял трезубец и аккуратно поставил его к стенке. Ещё немного постоял, ожидая, что хоть кто-нибудь его заметит; но присутствующие были слишком заняты, чтобы высматривать каких-то там седых стариков, задрапированных в простыню в синий горошек и красный цветочек. Громовержец прокашлялся и решил сделать вторую попытку:

– Э-э-э, я… это… уволюсь… ну… э-э-э… вот.

Свершилось чудо! Кетцакоатль поднял голову и прищурился, глядя на обрадовавшегося Зевса. Тот уже предвкушал, как долго и нудно он будет жаловаться, пока ему наконец не посочувствуют и не упросят остаться… но вопрос ацтека разрушил все хрупкие надежды:

– Ты не видел, куда этот… нехороший бог засунул пешку?

Зевс с самым трагичным лицом почесал бок и ответил, с надрывом, патетично махнув рукой:

– Сидит он на ней! Эх…

Ацтекский Пернатый Змей решительно начал подниматься, ударяя кулаком одной руки по ладони второй:

– Ну ты, Тор, и редиска!!! У нас, вроде, честная игра, а ты тут… Ну держись!

– А в чём, собственно, дело? Ничего у меня нет!!! – визгливо воскликнул Тор, вместе со стулом отодвигаясь подальше от рассерженного Кетцакоатля.

Анубис поправил чёрный фрак с фалдами, который весьма выгодно подчёркивал форму его собачьих ушей, и импозантно объявил:

– Господа, сейчас будет драка! Попрошу занять места!

Зевсова меланхолия достигла критического размера и требовала выхода. Но пропустить драку… Этого грек себе позволить не мог.

Но побоищу не суждено было свершиться. Через высокое овальное окно по вытканной из воздуха дорожке в зал впорхнули две блондинки, Фрейя и Афродита, беззаботно щебечущие между собой и нехотя отмахивающиеся от надоедливых поклонников. Поклонники, кстати, в зал тоже «впорхнули», но только с одной поправкой: сделали они это со всей грацией пингвинов.

– Ой, мальчики! – Афродита, с длинным шлейфом из воздыхателей, проплыла по залу. – А что это вы тут делаете?

Кетцакоатль исподлобья взглянул на богиню и нехотя уселся обратно на свой стул.

– Фу, шахматы! – капризно протянула подошедшая Фрейя. – Ну что за забава: тупо сидеть перед квадратом и двигать примитивные скульптурки! Не понимаю.

Анубис покачал головой, Зевс застенчиво теребил краешек свой простыни – ему хотелось подойти к богиням (вдруг только они и способны его понять), но в своих силах он был не уверен – вокруг девушек в три ряда собрались обожатели. Вряд ли они пропустили бы громовержца, даже если у него такая личная трагедия.

– Давай заново? – тоненько предложил Тор, потихоньку придвигаясь обратно и «незаметно» подбрасывая спрятанную пешку в общую кучу. Кетцакоатль сделал вид, что не заметил.

Блондинки плавной походкой пересекли зал и улеглись на кушетки с подушками. Половина поклонников угодливо побежала за ними на цыпочках, половина осталась около стола с шахматами, плотно встав вокруг.

Кетцакоатль расставил фигуры и безапелляционно забрал себе белые. Он сделал первый ход, поклонники богинь зашептались. Зевс был близок к истерике.

Понемногу зал стал наполняться богами, заскочившими сюда передохнуть после дневной смены. Походив по украшенному фресками помещению, они неизменно оказывались возле шахматного стола, который громовержец уже практически ненавидел. Как только новоприбывший появлялся в зале, Зевс тут же оживлялся, подскакивал к нему и делал горестное лицо.

– Увольняюсь я, друг мой Будда, – вздыхал грек.

– Что так? – участливо спрашивал тот.

– Достало меня уже всё! – радостно начинал Зевс. – Дома Гера пилит, глупые смертные совсем не почитают… А эти жертвенные бараны у меня уже вона где…

– Шах! – громко раздавалось за столом, и слушатель со свистом удалялся в сторону возгласа. Зевс с каждым разом краснел и раздувался всё больше и больше…

На третьем пересказывании всего с самого начала громовержец сдался, занял чудом оставшийся свободным колченогий стульчик и уселся около играющих. Как он сумел к ним пробиться, осталось необъяснимой загадкой…

Шахматная битва разгорелась нешуточная.

– А кони, кажется, буквой «Г» ходят, – интеллигентно влез Кришна, третьей правой рукой поправляя на носу пенсне.

– А я бы на твоём месте стоял и помалкивал! – рыкнул Тор. – И вообще, конь Одина с восемью ногами может ходить хоть буквой «Ю», и ничего с ним не сделается…

Кетцакоатль громко кашлянул, кося красным глазом на скандинава, и тот был вынужден исправить ошибку.

– Какая ж это «Г»?! – взревел Перун, ломая о колено дубы-колдуны, неизвестно как попавшие в обитель богов. – Русского языка не знаешь, басурманин?! Сейчас напомню!

– А вы тут щепками не сорите! – испуганно вскочил Тор и спрятался за Будду. Просветлённому было всё равно, ибо он впал в нирвану.

Перун нахмурил седые кустистые брови, но Тора оставил в покое. Встал на место и игриво стрельнул глазами в сторону Афины-Паллады. Воительница захихикала, как девчонка.

– Ой, ну я не знаю… – протянул Ра, поглощая очередную грушу (он их очень любил), в ответ на вопрос Пана, как же всё-таки ходит конь. – Мне кажется, что каким-нибудь иероглифом. Или нет…

– Не знаете, так лучше помолчите и дайте сказать умным людям, – недовольно оттеснил его в сторону Янь-гун и подхватил Пана под руку. – Всё началось с появления на Руси письменности. Дремучий народ, что и говорить! – шёпотом добавил он, покосившись на Перуна – услышал или нет? Но славянский анфас бога был повёрнут исключительно к Афине. Зевс, погружённый в свои тяжёлые думы, не замечал даже того, как к его ненаглядной дочурке клеится какой-то бородатый тип со склонностью к агрессии.

– Зря! – крякнул Триглав, вернее, его средняя голова. – Не нужно было ходить ферзем.

– Много ты знаешь! – хмыкнула соседняя, левая голова.

– А ну, обе, цыц, пока я добрый! – цыкнула на них правая. – Не мешайте смотреть.

– Ты глянь на него! – наперебой загомонили те, особенно старалась средняя голова, за что и получила в ухо лбом.

– Вот больные… – вздохнул рыжий Гефест и погладил маленькую собачку у себя на руках. – Правда, Пушок?

– Это кто больной, Один тебя подери?! – разорались головы.

– Ещё чего! Делать мне нечего – кого-то там драть! – раздался из толпы возмущённый крик вышеозначенного. Атмосфера накалилась, в ближайшем будущем контуром наметилась потасовка. Толпа заворчала друг на друга, все по-быстрому вспоминали прошлые обиды – просто так бить неинтересно. Зевс радостно вскочил со стула – его отрицательные эмоции прямо лезли из ушей, и их необходимо было выплеснуть. Да хоть на соседа, а чего он пялится?!

В западной части зала кое-где над головами уже порхали кулаки, приземляясь на божественные макушки без всякого разбору – на кого попало. В восточной – дело пытались решить мирным путем, то есть просто прятались за спинами друг у друга. В северной, самой суровой части, громыхали молнии, визжали богини и даже некоторые боги мужского пола. В южной же части никого не было, так как отсутствовала сама эта часть. А посреди всего этого бедлама, посреди дерущихся, выдирающих друг другу космы и просто валяющихся без чувств, спокойно стоял шахматный стол, за которым сидели Кетцалькоатль и Тор. Стены тряслись от грохота и попадающих в них богов разной религии и расовой принадлежности, пол ходил ходуном, Геракл на мозаике выпучил глаза и наверняка бы убежал подальше, если бы не был всего лишь изображением. Даже всегда вежливый и деликатный Кришна оседлал Аида и вдохновенно дубасил его по белобрысой голове ритуальным тазиком. Ра кидался в преследователей огрызками груш; это не больно, конечно, но очень обидно! Зевс и Перун фехтовали, вооружившись двумя швабрами (которые оставили уборщицы), и скакали по залу, с криками самураев пытаясь достать до противника. Зевсова простыня развевалась на большой скорости, даже цветочки на ней приобрели грозный и загадочный вид (что уж тогда говорить о горошке?!). У всех трёх голов Триглава вокруг каждого глаза расплывались фиолетовые фонари, отчего бог походил на трёхголовую панду, но он был очень счастлив. Анубис, нацепив на передние лапы боксёрские перчатки, которые вкупе с фраком выглядели просто бесподобно, увлечённо отвешивал всем окружающим тумаки. Никто из побитых египетским богом смерти ему сдачи не давал – ан покусает, а прививки от бешенства нынче дороги…

Тор на миг рассеянно поднял голову, потом снова кинул взгляд на доску… и лицо его засияло, аки ясное солнышко. Он медленно, смакуя момент торжества, протянул руку и передвинул чёрную фигуру, намеренно сбив белую:

– Мат!!!

В одно мгновение всякое движение в зале прекратилось. Стало слышно, как под потолком жужжит муха, которая, испугавшись такого внимания к своей скромной особе, сложила лапки и рухнула на голову Зевсу, выглядывающему из-под кучки богов. Грек испуганно икнул… и тишина, как плотина, прорвалась криками: «Да здравствует Тор!», «Качай победителя!», «А что, собственно, происходит?!», «Даёшь каждому богу по репе!», «Судью на мыло!» и «Встаньте с меня, дышать тяжело!!!».

Тор мигом оказался на руках у толпы и поплыл куда-то прочь. А за столом, застыв, сидел Кетцалькоатль и неотрывно смотрел на доску. «Как?!» – беззвучно шевелились его губы… На глазах стали выступать слёзы обиды и страдания…

Он поднял взгляд, уставился на стул Тора… и стал разминать кулаки. Пальцы хрустели, как сухарики.

– Верните этого мошенника!!! – взревел ацтек и вскочил, отбросив венецианский, обитый китайским шёлком, стул.

Ликующая толпа замерла и опустила руки. В середину на пол шлёпнулся Тор, медленно седеющий от ужаса.

– Мне срочно нужно домой! – крикнул он и исчез в неизвестном направлении прежде, чем его успели поймать и провести над ним товарищеский суд. То есть попросту по-товарищески набить скандинавскую морду.

На узорном шёлке стула Тора одиноко перекатывалась белая пешка…

 

Зал опустел, боги разошлись по домам – после такого насыщенного событиями вечера требовался немедленный двухдневный отдых. Царапины заживут, синяки рассосутся… Но память об этой удивительной божественной игре будет жить вечно…

Зевс хандрил.

Он так и не сумел рассказать о своей тяжёлой жизни хоть кому-нибудь. И никто его не пожалел, не погладил по седой головке, не похлопал по плечу со словами: «О, величайший бог всех времен и народов! Прости меня, глупца, что смею говорить с тобой! Пусть все твои беду лягут на наши головы, да звучит твоё великое имя в веках!!!»… Во всём виноваты эти дурацкие шахматы! Именно они не дают ему и слова сказать, даже долгожданная драка из-за них прекратилась. Бог с ненавистью посмотрел на золотую доску с фигурами из белого и чернёного серебра на мраморном столе. Вот бы взять их – и в окно! Пусть летят себе…

В зале внезапно запахло алкоголем, да так густо – от одного запаха уже голова тяжелеет. За шахматным столом материализовался пьяный в зюзю Вакх. Он захохотал и со стуком поставил на доску пятилитровую бутыль самогона, самого отвратительного качества, которым спокойно можно было травить тараканов и оживлять мертвецов любой свежести. Потом оглянулся и уставился красными глазами на Зевса, который сидел на спинке перевёрнутого диванчика богинь.

– О! К-кие лю-у-у-уд-и-и-ии! – пьяно обрадовался Вакх, раскидывая руки в стороны. – З-дро-о-о-ова! Пть бушь?

– Нет, – вздохнул Зевс и опустил плечи, всем своим видом выражая бесконечные душевные муки.

– Шо ткое, дружж… држ… дру-жи-щще? – заботливо по слогам спросил Вакх, разливая самогон по двум гранёным стаканам, появившимся из воздуха, и нисколько не обращая внимания на отказ.

Зевс просиял. Ну, наконец-то! Нашёлся тот самый слушатель, который выслушает до конца, не перебьет и не полезет к этим противным шахматам. Много ли нужно?

– Понимаешь, Вакх, – грек спохватился и изобразил на лице тоску и тяжесть забот, – Гера эта… сил уже нет, понимаешь?

Зевс поморщился, когда пьянчуга, особо не церемонясь, хлопнул стаканчик и не закусил. Но он ведь продолжал слушать! А всё, кроме этого, не имеет никакого значения…

– А смертные эти… совсем страх потеряли! Я бы прихлопнул молнией парочку, так ведь, сам знаешь, глупая конвенция о защите прав верующих и неверующих. А бараны… эти золочёные рога у меня уже поперёк горла… Я же не могу питаться одной бараниной и изредка говядиной! Я хочу быть вегетарианцем!..

– Слу-у-ушай, – внезапно перебил его Вакх, дохнув перегаром. – А двай в эти… шахматы, а?!

Зевс онемел.

 

 

Примечания.

Анубис – в древнеегипетской мифологии бог — покровитель мёртвых, а также некрополей, погребальных обрядов и бальзамирования. Изображался в облике волка, шакала или человека с головой шакала.

Афина-Паллада – в греческой мифологии богиня войны и победы, а также мудрости, знаний, искусств и ремёсел. Дочь Зевса, родившаяся в полном вооружении (в шлеме и панцире) из его головы.

Афродита – в греческой мифологии богиня любви и красоты, возникшая из морской пены.

Будда – в буддизме — существо, достигшее состояния высшего совершенства.

Вакх – в греческой мифологии бог плодоносящих сил земли, виноградарства и виноделия.

Гефест – в греческой мифологии бог огня, покровитель кузнечного ремесла.

Зевс – греческой мифологии верховный бог.

Кетцалькоатль – ацтекский бог ветра и покровитель жрецов Кетцалькоатль («Пернатый змей»).

Кришна – бог в индуизме, считается аватарой Вишну.

Один – верховный бог в скандинавской мифологии. Могучий шаман, мудрец; бог войны, хозяин Вальхаллы.

Пан – в греческой мифологии первоначально бог стад, покровитель пастухов, затем всей природы. Изображался в виде человека с козлиными рогами, копытами и бородой.

Перун – бог грозы индоевропейской и славянско-русской мифологии.

Ра – в древнеегипетской мифологии бог солнца, почитался как царь и отец богов.

Триглав – высший бог у балтийских славян. Изображался трёхглавым.

Тор – один из главных богов скандинавской мифологии, бог грома, бури и плодородия.

Фрейя – в скандинавской мифологии богиня любви и плодородия.

Янь-гун в китайской мифологии бог — покровитель моряков.

Copyright MyCorp © 2017 | Бесплатный хостинг uCoz